Раскрываем тему №1


Герман Греф и я как зеркала российских реформ

Есть старая максима – о чём бы ни писал человек, он всё равно пишет о себе. При всей солипсической безвыходности этого положения, оно всё же обнадёживает. О себе писать проще. Поэтому буду честно писать о себе, а заодно и о выбранном объекте.
Собственно говоря, с самого ухода Е.Гайдара с поста "и.о. премьера" в конце 1992 г., я уже никогда не воспринимал политику РФ, как "персональную". До этого все свои приключения на ниве добывания средств для аспирантского выживания я ассоциировал исключительно с, хе-хе, милым личиком ельцинского вице-гауляйтера, который, причмокивая, нагло лез в мой личный карман и всячески обрубал все привычные источники моих доходов (я уж не говорю о своих друзьях…). Несомненно, Егор Тимурович сыграл определённую роль в наполнении моей жизни разнообразными приключениями и событиями, которые в противном случае никогда бы не произошли. К примеру, в сентябре 1992 г. я, atlantis_sid и Петя Брайль подрядились батраками к одному рязанскому мелкому землевладельцу по кличке "Граф Топилльский" (в миру он носил фамилию Теплоухов, а теперь уж помер), чтобы помогать ему в уборке картошки – и платили нам за работу, кстати, именно той самой долбаной картошкой. Это отдельная и довольно смешная история, её я тоже когда-нибудь расскажу. Из других событий подобного рода – наша работа по заполнению архивной базы данных о немецких военнопленных, скончавшихся в России (да! сколько интересного я тогда узнал! И при этом каждый день я в рублёвом эквиваленте зарабатывал на килограмм сыра…), а также неосуществлённый проект строительства гигантского общественного сортира в деревеньке под Волоколамском. Много всего было…
Так вот, друзья. Я глубоко благодарен Егору Тимуровичу Гайдару за то, что он привнёс в мою, до того в основном сугубо кабинетную жизнь типичного "укроп помидорыча" значительный элемент хаоса, авантюризма и неожиданных цинических выходок. Не будь Гайдара, я стал бы абсолютно другим человеком, да, и судьба моя развивалась бы теперь совершенно по-иному. Благодаря ему моя молодость обрела некоторый романтический привкус, даже с элементами пиратства и лёгкой, совсем безобидной полууголовщины. И мне есть, что вспомнить, помимо интеллектуальных блужданий…
Ну да ладно. Вернёмся к нашим баранам. С уходом уважаемого нами Е.Т.Гайдара в тень жизнь в РФ стала обретать какие-то более-менее понятные черты. Не то, чтобы стало резко лучше. Скажем так, температуру кипятка, в котором мы варились, понизили градусов на 10, да и перестали бесконтрольно подливать скипидар. Вся тогдашняя верхушка "демократов" для меня слилась в одно большое и бесформенное понятие "они". От "них" ждать чего-либо хорошего, увы, было бессмысленно. Любая "их" реформаторская выходка напоминала пьяный, молодецкий взмах мухобойкой. Мы, мухи, всё время ускользали от ударов – впрочем, иногда рядом падали всамделишные трупики соратников. Тем не менее, "глобальный номадизм", который нам прививали "они", в конце концов стал основным стилем моей жизни. Чего и всем желаю. Мухи должны быть перелётными.
Поэтому меня на протяжении всех 90-х гг. весьма удивляло, что люди видят внутри бесформенного комка "этих самых" какие-то оттенки и хитрые особенности. Например, многие считали и считают, что "во всём виноват Чубайс". Кто такой Чубайс? Рыжий дядя с хитрой физиономией, только и всего. Что реально мог бы сделать он один? Да ничего. Ему бы выпустили кишки сразу, после первого писка.
Оно, конечно, в сравнении с незабываемым 1919-м на Руси случился ПРОГРЕСС. Уже не топили в баржах, не расстреливали пачками, не ставили к стенке конвейерным методом. Действовали, так сказать, точечно – бабах, и нет проблемы. Остальным, кто точечному расстрелу не подлежал, предложили действовать в духе физиократа Тюрго: "трава уже выросла, идите, ешьте её!". И это было общим настроением "элиты" на протяжении всех 90-х, да и по сей день многие наиболее тупые и бестолковые её представители продолжают тянуть тот же незамысловатый мотив.
Посему я не очень представляю, каким таким "зеркалом" российских реформ является конкретно Герман Оскарович Греф. Да и есть ли они, эти пресловутые реформы? Тем не менее, эту тему я взял. И мне есть, что сказать по этому поводу.
Кто такой г-н Греф? Это, собственно, пробившийся к власти советский провинциал. Данное амплуа многое объясняет.
Родился в 1964 г. в Казахстане, в семье выселенных немцев (мой институтский приятель Рома Яроченко как раз в тех краях служил и рассказывал, что немецкие колхозы Казахстана - это был фашизм и гитлеризм в чистом виде). Закончил сельскую школу на тройки-четвёрки. В 1981 г. якобы поступил в МГИМО (?). Мне этот штрих грефовской биографии кажется весьма сомнительным, но, впрочем, провинциалу и плебею свойственно сочинять себе интересную жизнь. Это вполне простительно. Отсюда же, думаю, берёт свой исток и миф о дедушке Грефе, которого в 1913 г. пригласили в Петербург преподавать философию (!). Охотно верю, что в какую-нибудь немецкую гимназию. Университет, всплывающий в разных источниках, скорее всего, возник для красного словца.
Странным образом семейство Грефов как-то выпуталось из всех замечательных событий "русской революции", осталось живо и здорово. Незадача: в 1941 г. сослали в Казахстан. Папа-мама Грефа – советские ИТРы, тут ничего не присочинишь, да.
Однако Греф якобы с треском вылетел из МГИМО, попал на службу в ВВ МВД, ловил беглых зэков по лесам. Для немца из Казахстана самое милое занятие. Думаю, ему нравилось. Потом рабфак, поступление вне конкурса на юрфак Омского ГУ. Между прочим, в 1985-м году дело было – я тогда тоже собирался поступать на юрфак МГУ, правда, раздумал. Иными словами, товарищ Греф чувствовал правильное течение соков советской жизни. Все, кто в 1985 г. поступил на юрфаки, а потом не попал под точечные репрессии, сейчас вполне себе процветают.
В 1990 г. Греф, как и я, остался в родном университете. Как и я, преподавал год, а потом поступил в аспирантуру – и не где-нибудь, а в Питере. Как это случилось, покрыто мраком неизвестности, но сие неважно. В позднем "СССР" случалось всякое. Я лично представляю себе активное участие в каком-нибудь местном комитете репрессированных народов, где молодой, напористый, с хорошо подвешенным языком немец и попал на глаза людям из окружения Собчака. Подозреваю, что в комитете этом Греф занимался не чем иным, как техническим и материальным обеспечением акций. Впрочем, это я высказываю досужие догадки.
Не буду впадать в конспирологию и пытаться объяснить тот факт, что покойный Собчак как-то хронически и упорно окружал себя людьми, связанными с Германией (между прочим, Греф будто бы успел поучиться во Франкфурте). Возможно, это случайность – тем не менее, готовая тема для детектива в стиле Юлиана Семёнова уже имеется.
Дальше наши структурно похожие пути с Грефом помаленьку расходятся.
Так или иначе, Германа Оскаровича в Питере тут же усадили на имущественные вопросы. Он недвижимым имуществом управлял, вот. Думаю, жил в целом безбедно. Посему и положил с прибором на аспирантуру.
От себя добавлю, что я в то же самое время на неё точно так же с прибором положил – пришлось выбирать между более-менее достойной жизнью скотины среднего уровня и "научной карьерой".
И Грефа, и меня, тем не менее, достигнутые нами уровни не устраивали. Точнее, мне повезло несколько больше, чем Грефу – я-то с 1994 г. стал зарабатывать на жизнь так называемой "аналитикой" (чего, собственно, в начале 90-х и хотел), чем в значительной мере и удовлетворился, а вот Герман Оскарович так себе и перекладывал бумажки по квартирному вопросу аж до 1999 г. А в душе, видимо, мечтал стать Идеологом Новой России.
Фортуна, однако, решила Грефу помочь. И вознесла его аж в председатели совета фонда "Центра стратегических разработок". Стратегических! Это звучит.
Тут надо сделать небольшое отступление. Фишка в том, что у Ельцина никогда никакой идеологической программы не было. Ну, кроме первой строки из песни "Пропадай моя телега, все четыре колеса". Второе поколение "русских либералов", либералов с некоторым национальным уклоном, осознало необходимость такой идеологии.
Я лично считаю, что это огромный ШАГ ВПЕРЁД. Именно поэтому эволюция "режима" после 1999 г. мне кажется более-менее здравой, и я против всяких "ррреволюционных" изменений – потому что "революция" нас столкнёт обратно к утробно-нутряной политике "намёков и недомолвок", к "а вот рожа мне твоя свинская не нравится" и прочим радостям эмбрионального периода развития российской демократии.
Демократия вдруг заговорила языком Германа Грефа. Что, кстати, важно. Я знаю нескольких человек, которые с ним лично общались. У всех них осталось самое что ни на есть приятное впечатление от этих встреч. В личном общении бывший ловец зэков Герман Оскарович Греф – интеллектуал, милейший человек, который всегда всё логично объясняет. Все свои действия! Мол, "меня ругают, но в этой ситуации я мог поступить только так. Потому-то и потому-то…" Такой стиль беседы подкупает. Иными словами, у г-на Грефа есть редкий талант настраивать людей в свою пользу. Подозреваю, что он этим активно и успешно пользуется. (Говорят, впрочем, будто точно такой же талант был и у Льва Давидовича Троцкого – это не отменяет того факта, что миллионы современников воспринимали его, как худшую разновидность ночного кошмара).
Греф будто бы сам написал "Стратегию развития России до 2010 г.", широко разошедшуюся в 2000 г. Я читал тогда этот документ. И, надо сказать, он не производит впечатления чего-то неумного. Вполне логичная либеральная программа: эффективное, дешёвое, хорошо оплачиваемое "субсидиарное" государство; конкуренция; замена льгот на денежные выплаты; реформа ЖКХ; "базовый пакет бесплатных мер по медобслуживанию"… И так далее, и тому подобное.
Здесь поражает именно что жёсткая, немецкая логика. "Сделаем вот так, и всё тут. Не возникать!" – и очередь из "шмайсера" поверх голов. Мы уже видели это на примере "монетизации льгот". Ни о каком "либерализме" и речи не было. Вместо того, чтобы дать людям возможность выбрать между деньгами и льготами (что технически было вполне возможно), просто отрезали – заплатим лишние 500 р. в месяц, и крутись, как можешь. Демократия!
Думаю, то же самое будет со всем остальным. "Пакет по здравоохранению": 50 г. йода и пачка анальгина на душу населения в год, а остальное оплачивай. Реформа ЖКХ: плати за всё по счёту плюс ещё подбрось сантехнику на пузырь. Государство сокращает расходы. Вы хотите реализовать какой-то проект? Вам оно надо? Мы не можем сейчас себе этого позволить!
Увы, со страниц грефовского сочинения и из его последующих речей лезет всё та же физиократия: мол, трава уже выросла… Собственно, когда я его вижу на экране, он обычно говорит две вещи. Во-первых, что надо вступать в ВТО. Тут я спорить не буду – полнейший дилетант-с (хотя лично мне эта идея не особенно нравится). Во-вторых, что "Россия сейчас не может себе позволить то, сё, пятое, десятое"… и поэтому расходы на это самое "непозволительное" надо сократить или вовсе отменить.
Образ, возникающий передо мной после всего этого, заставляет вспомнить немецких колонистов-штундистов. "Будем копить деньги, во всём себя ограничивать, молиться Господу нашему Иисусу Христу по два часа в день – и со временем Господь нас одарит процветанием". В принципе, неплохо. Только есть одна тонкость.
Колонисты действовали в мире, который им был непонятен. Они начинали почти с полного нуля. В этих условиях такая позиция более чем оправдана.
Что означает такая позиция для России? А вот это самое и означает. "Дорогим россиянам" нужно начать с полного нуля. У них ничего нет! Штаны, и те сняли.
Как это, спросите вы? А нефть, газ, лес, золото…? Оно-то куда делось?
"Забудьте об этом навсегда", - ответит Идеолог: "Всё это уже давно принадлежит другим людям. Даже и не мне. Я их даже не вижу, этих людей. Мне просто платят зарплату за то, что я доношу до вас эту простую истину и пытаюсь заставить вас начать жизнь с чистого листа. Вы сегодня – колонисты-штунда на территории, захваченной хаосом и нестроениями. Ваша задача – выжить в этих непростых условиях. Перестаньте рассчитывать на то, что кто-то придёт и вам поможет. Помогите себе сами. Хватит пить, курить, бездельничать. Молитесь Господу нашему Иисусу Христу и откладывайте копейки. Через сто лет вы – точнее, ваши внуки - смогут позволить себе иметь один свободный день в месяц. Но зато всё ваше имущество будет создано вашим собственным трудом, и вы никому ничего не будете должны.
Да, к этому моменту вас останется, может быть, не более 15 миллионов. Но зато это будут избранные миллионы! Это будут люди, умудрённые свободой! Настоящая соль земли! Труженики-герои, эффективные собственники!
Что же до территории, на которой они живут, это уже несущественно. Глобализация отменит территории и отечества".
Не надо думать, что гипотетический Идеолог, говоря всё это, будет в душе злорадствовать. Нет, он будет искренне желать своим слушателям добра. И это добро будет полностью следовать из его железной немецкой логики. Резуна читали? Как-то вот так…
Я думаю, что Греф и его соратники вполне честны, когда всё это нам говорят. Им кажется, что тенденция выстраивается именно так. И, если мыслить строго научно, они совершенно правы. Цель нынешнего развития России – "благосостояние её граждан", и всё тут. Чем меньше граждан, тем больше им достанется пряников. Только и всего. Это ЛОГИКА.
Вот так мы, наконец, разошлись с Грефом окончательно. Он на высоких постах пробивает пути будущей, избранной, трудовой, протестантско-этической России. Я пишу по заданию руководства суетные записки о внешней политике на Ближнем Востоке, а по вечерам сочиняю в гигантский "стол" ЖЖ всякие дурацкие бредни о том, что Россия как государство не имеет смысла без наличия некоего глобального проекта. Либо будет такой проект, и тогда оправдана единая судьба этих огромных разнородных территорий. Либо его не будет, и тогда оправдан "русский штундизм", "русское скопидомство", а потом великое рассеяние и ассимиляция, уж неважно и с кем. Всё Бог делает только к лучшему, да…
Оба пути имеют полное право на существование. Оба они по-своему гуманны. Я и Греф просто по-разному отражаем российские реформы. Я вполне понимаю своего оппонента и не держу на него никакого зла. Ничего личного. Так сложились обстоятельства. Россия выбрала вот такой путь, путь Германа Оскаровича, и неуклонно по нему движется. Тут уже ничего не сделаешь, похоже. Оur grief is marching on. Аминь