Обыкновенный фашизм (из личной переписки)


"....Ведь чем для нас был фашизм, в его идеальном, экзистенциальном :) восприятии? Добровольной бесконечной самодисциплиной, вариантом аскезы как преодоления в себе «человеческого, слишком человеческого. Современная либеральная цивилизация предполагает, что человек слаб, и говорит: «А что сделаешь, ты свинья, ложись в лужу и хрюкай! Ведь быть свиньей — это хорошо! Свинья — это гениально! Мы, свиньи, венец развития. Нет ничего и естественнее лучше свинства и т.п.» Фашизм же исходит из представления о том, что человек невероятно, изначально силен, что он — не свинья, а тигр. А для тигра валятся в луже как-то невместно, что ли. Да, тигр может свалиться в гнилое болото, но это всего лишь случайность. Из болота надо вылезти, очиститься и продолжить вести истинную жизнь, достойную человека – жизнь хищника, «красивого и жестокого животного», «белокурой бестии», как говаривал чокнутый Ницше (почему-то очень его не люблю, вырожденца).
Фашистская картинка была, конечно же, куда привлекательней либеральной. Да только, к сожалению, она не соответствовала действительности, ибо фашистские идеологи, равно как и коммунистические, слишком оптимистично смотрели на сущность человека. (Здесь вообще открывается проблема на парочку диссертаций о воздействии идеологии Просвещения на социалистические проекты. Ведь все, что не было взято в фашизме из совсем уж глухой архаики или напрямую не украдено из религий, роднило его с другими братскими социалистическими концепциями. А социализм любого типа вырос не столько из Платона, как уверяет нас дурак Поппер, сколько из просвещенческой убежденности в реальности разумно организованного общества. И вообще веры времен Просвещения в то, что человек по природе своей разумен).
Фашизм пытался сочетать в себе несочетаемое — стремление к упорядоченному обществу и открытость «архетипическому вою», весь этот культ подсознательного, которым так дорожили нацистские мистики. (Итальянцы, кстати, этого почти не знали, и поэтому собственно фашизм, «фашизм от Муссолини», мало отличается от типовых социалистических проектов. Хотя и без мистических эскапад в мировоззрении итальянцы не обошлись. Ведь сама апелляции к национальному наследию, к памяти предков и прочей парферналии предполагает открытость подсознательным влияниям.
Так вот, фашисты ошибались. Это даже наука доказывает. Например, прогрессивные ученые-физиологи, любящие рассказать насколько у человека много общего со свиньей. :) Поэтому более правильной, чем фашистская, все-таки была и остается церковная концепция человека: «человек слаб, но должен стремиться к преодолению своей слабости. Это тяжело, здесь постоянны и неизбежны срывы, однако отчаиваться не надо, а нужно спокойно и упорно двигаться по пути преодоления слабости». Уязвимость фашизма заключалась именно в жесткости его концепции. Как только выяснилось, что мы, многогрешные, все же ближе к свиньям, а не к тиграм, то фашизм рухнул. Внутренне обвалился, ибо разрабатывался для какого-то другого вида человека, не для «хомо сапиенса». Что, впрочем, не мешает ему по-прежнему оставаться привлекательной теорией. Всегда приятно думать о себе лучше, чем ты есть. Трезвый взгляд на самого себя вынести трудно. (Скорее всего — вообще невозможно. Мы волей-не волей приукрашиваемся, даже когда занимаемся нарочитым самобичеванием. :))
Что же касается достоевщины, то она является в общем-то вполне либеральной формой поведения. Человек просто поддается велениям подсознательного. Только внимает он не «глубинным вибрациям», связанным с уровнем «народного духа», а исключительно своим собственным ближайшим побуждениям, откуда-то из нижних пещер «инфернальной области Ид». Другое дело, что либерализм, как форма поведения человекообразных свиней, развился на Западе. А там колодцы ада в подсознании менее глубоки и извилисты. Вернее, так — «неглубоки у массового человека Запада». У отдельных же психопатов США или Европы, напротив, это шахты, идущие куда-то к самому трону Люцифера. Однако популярность литературы всегда связана с потаканием массовому вкусу. Поэтому и раскрученность Фо-Мы Достоевского среди западных интеллектуалов вызвана именно его глубинным совпадением с их подспудными желаниями. Типа «и мы бы так зачудили, да жаль воспитание не позволяет».
Так же воспринимал Достоевского и Набоков, правда, за этого его и не любивший. В.В.Н. писал, что Ф.М.Д. «вцепился в русскую сволочь и стал ее пророком». Хотя, если судить объективно, все-таки сам Фо-Ма («видный ордусский философ Фо-Ма» :)) куда шире достоевщины. Поэтому-то наши местные либералы к нему относятся то скептически, то равнодушно, предпочитая Толстого и Чехова".