Удодская Песня №2
Это, конечно, не совсем Ежи Урбан, но не быть же мне его вторым изданием, в самом деле… Успехов.



Х-файлы русской интеллигенции: биография

Давным-давно, лет этак 20 назад был я студентом полутехнического факультета одного гуманитарного вуза. И вот тогда-то, буквально в первый месяц своего пребывания в этом качестве, пережил весьма интересный жизненный опыт. Поскольку такого у меня раньше не было, то этот опыт сильно повлиял на моё неокрепшее сознание.
То есть на протяжении первых дней учёбы, ясно, что обычно происходит – все знакомятся. Я в то время был, скажем так, несколько замкнут и закомплексован, но вскоре нашёл своё амплуа, комплексовать и замыкаться перестал и даже получил почётную кличку "Швейк" (именно такой образ я решил разыгрывать в годы студенчества, и мне это неплохо удалось). Но в процессе преодоления комплексов мне пришлось пройти через череду разнообразных знакомств. И тут-то я увидел, где настоящие раки зимуют – то есть, что такое российская интеллигенция!
Знакомства обычно уже на третьей фразе сводились к следующим сообщениям:
- Моя фамилия Арбенин-Запотоцкий, я из старинной дворянской семьи!
- Все мои предки по мужской линии были генералами КГБ! А мой прадед с Лениным переписывался.
- Я наполовину грек, наполовину поляк, и мои предки – аристократы! А то, что фамилия моя Шишкин, это уж такая, друг мой, случайность, понимаешь.
- Мы по матери – древние грузинские князья! При этом мой прадедушка – главный раввин Галиции.
Ну и так далее.
Надо сказать, что по дури своей я в это всё даже довольно долго верил. Мне, собственно, было совершенно пофигу, кто мои сверстники – я был воспитан в некоем плебейско-интернационально-демократическом духе (самое удивительное, что вырос-то я, как теперь понимаю, в махровой националистически-православной среде), который сводился к фразе "неважно, кто - главное, чтоб человек был хороший". И поэтому мне их рассказы о невероятных корнях и родословных не казались заслуживающими особого внимания. Мало ли что там в биографии написано – лишь бы кошелёк не украли и в деканат не настучали.
Но, поскольку с таким вот интересным самоидентификационным рвением я сталкивался постоянно, то в один прекрасный день и сам поддался такой игре. Почесывая в затылке, я некоторое время рылся в своей родословной, но ничего особого не нарыл. Мои предки с обеих сторон в основном были крестьяне-"кулаки", которых советская власть довольно долго мурыжила и возила носом по асфальту, а потом, поняв, что от всяких любимцев партии и "героев революции" толку мало, ещё и позвала себя защищать от немцев. Что они в войну успешно и осуществили, хотя никаких особых причин любить эту самую советскую власть у них не было – и однако ж... Среди предков, правда, затесался один, польского (точнее, западно-белорусского) происхождения, но какой-то совсем уж неказистый – мало того, что он был офицером русской армии и командовал ротой на румынском фронте, так ещё сдуру записался в русские монархисты, и поэтому в марте 1917 г. был убит шибко прогрессивными восставшими солдатами за попытку во время очередного митинга защищать "гражданина Романова". Короче, позорище какое-то по советским меркам. Лох исторических масштабов. И похвастать мне было особо нечем.
Но тут-то и выяснилось нечто очень интересное. Ближе к концу учёбы упомянутый мной выше "Шишкин" вдруг сказал мне по большому секрету, будто он именно что самый обыкновенный Шишкин (даже не потомок царского министра иностранных дел), и все его предки происходят из банальных тверских крестьян. А биографию он себе сочинил, чтобы быть как все в этой снобистской московской среде. С волками, мол, жить, известное дело…
И вот тогда-то мы с так называемым Шишкиным решили поинтересоваться биографиями других представителей высшего света, которые нас окружали. Так сказать, покопаться в личных делах (ситуация нам позволяла – "Шишкин" подрабатывал каким-то там клерком в институтском военно-учётном столе).
Результаты исследования нас потрясли.
То есть, конечно, отдельные товарищи и в самом деле откуда-то там происходили. Но таких было, от силы, процентов пять. А остальные оказались "обыкновенными русскими людьми, каких у нас в Союзе миллионы", как в песне пелось. И в третьем-четвёртом поколении, если смотреть непредвзято, имели предков-крестьян.
Но потом их предки переезжали в город и устраивались на завод. Дети этих предков поступали в техникум, а то и в институт. И уже их, этих детей, дети становились советской интеллигенцией.
Самое удивительное, что на этом этапе у крестьянских правнуков развивалась какая-то непонятная тяга к тому, чтобы поменять биографию. Можно сказать, это напоминало постриг в монахи, или, более точно, вступление в некую секретную и, возможно, преступную организацию – нужно было забыть своё имя и полностью пересочинить себе прошлое ("легенда"!).
Мы с "Шишкиным" пришли к выводу, что русская интеллигенция структурно устроена как мафия или спецслужба, и её представители чувствуют себя в "этой стране" какими-то натуральными Штирлицами. Правда, на кого эти Штирлицы работают, совершенно непонятно. Но на "допросах" и "очных ставках" они обычно в один голос утверждают, что их Центр – где-то за пределами земной реальности, и вот именно на него они изо дня в день пашут, собирают информацию и проводят, по мере сил, разные диверсии.
С тех пор я на всё это дело как-то примерно так и смотрю. Орден русской интеллигенции, представляющий Запредельные Силы.
Но это только половина моего рассказа.
После того, как у нас началась так называемая перестройка и, потом, не менее так называемые реформы, вектор биографического творчества протоинтеллигентов вдруг начал стремительно менять направление. Вдруг оказалось, что все пострадали от "кровавого режима", в основном – в 1937-м. Типа, до того всё было, и вдруг - бац – лагеря, ссылка и лишение прав. Ну, а потом, своим умом и талантами вернули всё обратно. Гены гения не пропьёшь!
В этом смысле меня сильно удивил писатель Эдуард Успенский. Как только сдохла "сова", он начал всюду бегать и орать, как его при совецкой власти угнетали. Книжки не печатали, рукописи отбирали. Чебурашку хотели выслать вслед за Солженицыным, а дядю Фёдора грозились посадить за частное предпринимательство.
Самое смешное, что в 70-е-80-е гг., было так - куда ни пойдёшь, так и споткнёшься об Успенского. Он и книжки писал, и сценарии, и стихи, и даже песни. Думаю, он взял тогда как минимум 51% рынка детской литературы. Это его так "угнели" коммунисты. Жуть просто. Слабый бы человек на его месте не выдержал, запил бы или повесился.
При этом я страдания Успенского, в общем, понимаю. Строй был не тот, короче. Если бы автор дяди Фёдора стал монополистом детской литературы в какой-нибудь Америке, он давно бы уже по миру перемещался на четырёх личных самолётах. Вона, Джоан Роулинг сочинила книжку про Поттера, и теперь богаче самой английской королевы.
Иными словами, Эдуард Успенский сожалеет о том, что в терминах рынка называется "упущенная выгода". Это совершенно нормально, я думаю. Прикол, однако, состоит в том, что в условиях настоящего рынка у Успенского были бы не менее активные конкуренты, и 51% он не взял бы никогда. Так что – о чём тут плакать? В страшных условиях коммунистического угнетения человек накопил на дачу-машину-квартиру и хлеб с красной икрой. Молодец! Пирожок на полке стынет, ждёт – не дождётся.
И тут как-то совсем недавно попадается мне книжка Успенского, изданная в 90-е гг. Там, в середине, вклеены фотографии из его личного архива, с подписями автора. На одной изображён дядя вполне пристойного вида, и написано – "а это мой папа, сотрудник ЦК ВКП (б)".
Вот они, униженные и оскорблённые-то наши, каковы.
В общем, как только "аристократизм" и прочее в этом же духе перестало быть в моде, эти люди стали сочинять себе совершенно другие биографии. Их жизнь, оказывается, до прихода великого Ельцина, была сплошной чередой мучений. Трудное лагерное детство, деревянные игрушки, прибитые к потолку. Сортир в трёх километрах от дома. Сестрёнку изнасиловал прятавшийся в лесу с 1917 г. черносотенец. В вузе угнетали, заставляли лабораторные посещать, а в связи с пятой статьёй всё время ссылали в летние ССО. После распределения плюнули в лицо – не назначили на должность замминистра. Ну и так далее. А потом пришёл царь Борис и открыл сто путей и сто дорог. И в одно прекрасное утро страдания были вознаграждены – у людей появились нефтяные вышки, банки, заводы, много женщин и машин.
Году этак в 1997-м смотрел я по ящику интервью с владельцем одного престижного издательства. Сидит за столом пролетарского вида кучерявый мальчик и вещает о менеджерских стратегиях, планах выхода на рынки СНГ, подборе образованных кадров и будущих доходах. И тут корреспондент, змей такой, ему говорит:
- Да, как у вас всё грандиозно! Дух захватывает! А расскажите, с чего вы начинали…
Мальчик мнётся и после некоторых раздумий отвечает:
- Да как вам сказать… Надо было искать себя после института, делать своё дело. Трудно было найти точку приложения сил. И вот тогда я сделал важный шаг – одолжил у отца шестьсот тысяч долларов, и начал мой проект работать.
Граждане! Если бы вам было у кого одолжить 600 кило зелёных, заработали бы ваши проекты или нет? Ах, не у кого одолжить? Лохи! Пшли отсюда!
Потом эти люди будут вам рассказывать с экранов, как они выросли на окраине города Мухосранска и собирали бутылки, чтобы заплатить за проживание в московской общаге. И как их угнетала советская власть – сплошные лагеря и психушки. И вы им поверите.
Правда, бывают среди них и честные товарищи, способные рубить правду-матку в лицо. На одной конференции по вопросам внешней торговли у меня был разговор с мужиком совершенно протокольного вида – так раньше в советском кино изображали бюрократов и чинуш.
Мужик сказал следующее:
- А чего мне стесняться-то? Я этими лохами рулил и рулить буду. При советской власти, царство ей небесное, отвечал за автономно-республиканскую промышленность. На меня вся республика молилась. Потом "сова", бедняжка, померла, и я пошёл спасать страну. Так что теперь у меня есть и алюминиевый завод, и грузоперевозочная компания, и доля в нефтяном бизнесе. И плевать я на всех хотел. Мы – крепкие хозяева, настоящие собственники. Мы быдло имели при коммунистах и дальше будем его иметь. Так-то вот, журналист… В нашей стране быдлу ничего не светит, потому что оно быдло. Такова се ля ви.
Бог, как оказалось впоследствии, тоже не фраер – мой собеседник через некоторое время дал дуба при невыясненных обстоятельствах. Может, правда, их с тех пор уже выяснили, я не интересовался. Не это важно.
Для меня ясно одно. Этот человек сделал глупость – не сочинил себе новую биографию. Не сменил легенду, не скрывал прошлого. Судя по всему, за это в новейшей истории полагается убивать.
Сие да послужит нам всем уроком, а тем, кто поумнее – и руководством к действию. Если бы Штирлиц на каждом углу орал, что он полковник ГРУ и на всех кладёт, долго ли бы он продержался в верхах СС?
То-то, друзья мои. Учитесь на чужих ошибках. Живо за стол, быдло вонючее – биографии переписывать!
Может, вам тоже повезёт.