Вести из леса
Именно осознание того, что мы скоро исчезнем и позволяет мне думать о допустимости не просто сползания с исторической сцены, но ухода с громким хлопанием дверью, после которого на оставшихся обвалится потолок.

Помню, было такое уже в 1992 г.

Но не радуйтесь, недруги-волки,
Уходя, наша древняя рать
Хлопнет дверью, да так, что осколки
Вам уже никогда не собрать.

(один студент РГГУ, впоследствии доброволец у Милошевича)


Там же, у Человеколыба, есть такая сентенция:
пара сотен тысяч жидов использует тех же русских в качестве ментов, бьющих своих и разваливающих уголовные дела, в качестве обслуги, проводящей банковские операции и выводящей бабки на Кайманы, в качестве журналюг, пишущих всякую дрянь и вещающих на всяких радио, в качестве дипломатов, работающих на оккупационные власти.

Это он, в частности, меня имеет в виду.
Знамо дело, из лесу человек пишет. Остались последние мокрые патроны, за холмом слышна перестрелка, болят ноги, стёртые сапогами без портянок, погибли боевые друзья. Жить, возможно, осталось, минуты. И он выходит в интернет, чтобы сказать
последнее слово. За лесом ждёт машина (иномарка, естественно).
Широко жил партизан Человеколыб.