Ещё к 70-летию Евтушенко (из старых подшивок удодских)


СТАРАЯ СОЛДАТСКАЯ ПЕСНЯ

Мы молча шагали степною тропой,
Ковыль колыхался горелый,
Фельдфебель нас вел по степи за собой
К известному месту расстрела.

За городом есть небольшой полигон,
Где мы по мишеням стреляли,
Теперь он высокой стеной обнесён,
Там высятся жерди из стали.

Пришёл генерал с полевого суда,
Лампасы блестят голубые,
Суд скорый и правый суров - не беда,
Зато не погибнет Россия!

У ямы он встал и негромко сказал:
"Ну что, господа, узнаёте?
Вы землю просили – я землю вам дал,
А волю на небе найдёте!"

Тут вылез из ямы какой-то нахал
Кричит он и машет руками,
Рубашку свою на груди разорвал,
И нас обозвал дураками.

Сначала нам было на это начхать,
Но тот продолжал обзываться,
Фельдфебель тогда закричал: Вашу мать,
Чего же вы смотрите, братцы!

Давите их, гадов, поганых иуд,
Стреляйте в разбойничьи хари,
Хотели опять нам набросить хомут
Проклятые сволочи баре!

Хотели, собаки, царя застрелить,
Свободу отнять у народа,
Хотели нас сечь, продавать и морить,
Не вышло - сильнее свобода!

Снимайте, ребята, винтовки свои,
Вернее прицельтесь, родные,
Получат своё господа-холуи,
А нас не забудет Россия!

Сквозь выстрелы что-то кричал генерал,
Но нам это было не нужно,
Мы молча палили в проклятый кагал,
Затворами щелкая дружно.

Какой-то дохляк во пенсне с бородой
Пытался ограду покинуть,
Я это увидел, и крикнул я "стой!"
И выстрелил гадине в спину.

Пред смертью он вытянул шею, как гусь,
Завыл от досады и боли,
И крикнул: Гебята, да здгавствует Гусь,
Земля и нагодная воля!

Я понял тогда, что раскаялся гад,
В грехе он своём повинился,
Не поп покаянье слыхал, а солдат
Который за родину бился,

В усы усмехался старик-генерал,
Что помнил Варшаву и Шипку,
Он тоже, друзья, в этот миг понимал,
Что сволочь признала ошибку.

Мы трупы зарыли в пятнадцать минут,
Хоть было такое впервые.
Пусть их непутёвые кости сгниют,
Зато не погибнет Россия!

Фельдфебель сказал: Новобранцы, не трусь,
Быть первыми – славная доля,
Стреляйте ублюдков, да здравствует Русь,
Земля и народная воля!

18 мая 2000 г.