Троцкий, как известно, познакомился со своей женой в Париже.

Она преподавала в Сорбонне. Оба они веровали в пролетариат. В НАРОД.

Вот что такое была она:

"На ярком фоне масштабной известности Л.Д. Троцкого историческая фигура его жены Натальи Ивановны Седовой-Троцкой почти не выделяется. Между тем именно этой удивительной женщине мы должны быть благодарны за сохранение огромного историко-культурного наследия дореволюционной России, именно ее жизненная судьба, судьба верной супруги большевистского "демона революции", в решающей степени определила спасение сотен тысяч материальных и духовно-исторических памятников...
Именно она телеграфировала 10 сентября 1918 года в Орловский губисполком требование не реквизировать усадьбу Галаховой, а устроить в ней музей-читальню И.С. Тургенева, причем потребовала со всей присущей ей решительностью и вопреки "железной классовой" точке зрения местных властей, считавших, что сейчас не до музеев и памятников...
Весьма показательной в этом отношении является усадьба князей Барятинских в Курской губернии - Марьино, - которая по своему богатству входила в число крупнейших поместий России. Выполняя Декрет о земле, крестьяне ближайших сел взяли дворец под охрану и вскоре стали требовать разделить княжеское имущество "по дворам", по существу, разграбить его. Когда в окрестностях Марьина опустошили спиртные склады, неуправляемая пьяная лавина крестьян, вооруженных солдат, анархиствующих матросов буквально захлестнула дворец, и никакая охрана не могла ее сдержать. Кто-то тащил из усадьбы старинный персидский ковер, иноземное кресло, кто-то - зеркало, дюжину серебряных тарелок, фарфоровые чашки, да и просто книгу или связку "буржуйских" бумаг для употребления на цигарки.
Чтобы спасти находящиеся в 180 залах дворца уникальные сокровища, нужно было срочно эвакуировать их в Москву. Это хорошо понимали в Наркомпросе и его музейном отделе, хотя законных оснований для изъятия "народной" собственности и ее эвакуации у сотрудников отдела не было. Начались переговоры. Крестьяне хотели получить за картины, фарфор, мебель, книги и архивные бумаги денежную компенсацию в размере ста тысяч рублей, сумму по тем временам ничтожную. Поторговавшись, в конце концов договорились. Художественные ценности Марьина обогатили несколько десятков республиканских и областных музеев.
В 1918-1920 годах было взято на учет свыше 500 старинных усадеб и дворцов, создано свыше 200 новых музеев, вывезено из бывших дворянских имений более 100 тысяч произведений искусства, сотни библиотек и фамильных архивов. То, что удалось тогда сделать для сбережения национального культурного достояния, нарком просвещения А.В. Луначарский восхищенно назвал "положительным чудом"...."

Ну и так далее.

А потом пришел пролетариат. НАРОД пришел.

"Когда мы ломали Иверскую часовню, многие говорили: "Хуже будет". Сломали - лучше стало. На Садовом кольце вырубили деревья, стало лучше, товарищи (смех, аплодисменты)"

из речи Булганина, 1937

БУЛГАНИН Николай Александрович. Образование получил в реальном училище, после окончания которого работал учеником электрика и конторщиком.

Усвоили? Усвоили.

Так что никакого больше "народа", никогда.

В избу его, в Капотню, в стойло, в газету "Твой день".

Ведь это они, гнусные ваньки и кольки, ученики электриков, приезжали из деревни и вырубали на Садовом кольце сады "шоб красиво было, широко".

И - вы еще спрашиваете, зачем нужны нелегальные иммигранты? Почему я так их всегда защищаю?
Зачем нужен Рамзан Кадыров? Зачем нужны сто национальностей и сто языков?

А вот ровно за этим.

Чтобы они выстроили прочный заслон от ваньков. НАВСЕГДА.

И выстроят. Это их жизненный интерес.

И всех добрых самаритян - тоже.