Половина пятого ночи. Я сижу, читаю что-то ночное-успокаивающее, что-то расслабляющее сознание, вроде такого -

Тем не менее ни Троцкий, ни его единомышленники не подняли публично голос протеста против использования правящей фракцией этой системы при подборе делегатов на съезд: на многих губернских конференциях делегаты избирались безальтернативно, по рекомендации секретарей губкомов, которые, в свою очередь, избирались с лета 1922 года по рекомендациям ЦК, т. е. фактически назначались Секретариатом. В результате XII съезд был первым послеоктябрьским съездом, на котором подавляющее большинство делегатов составляли работники партийного аппарата. Согласно докладу мандатной комиссии, 55,1 процента делегатов вели "исключительно партийную работу" и 28,8 - совмещали её с другой работой. Учтем при этом, что 30 процентов всех секретарей губкомов были рекомендованы Секретариатом ЦК.

Вдруг внизу что-то громко хлопает. А дверь-то, вспоминаю я, и не закрыта.

- Посмотри, пожалуйста, что там.

А там, наверное, пришел Бука.

У Буки высокие крепкие рога, заиндивевшие на морозе. Маленькие голубые глазки, блестящие из-под комьев свалявшейся шерсти. Копытца нетерпеливо постукивают на "теплом" полу моей гламурненькой дачи. Ледышки падают и тают. Он уже заметил лестницу, уходящую на второй этаж.

Бука ничего не знает о троцкизме, о секретарях губкомов, о мандатных комиссиях. Зато он очень, очень хочет добраться до теплого, вкусного человека.

Пора мне спускаться вниз.