А вот что ужасно огорчает, так это интернет-деградация.

Начинаешь заниматься страшной чушью - и сам не замечаешь, как втягиваешься.

К чему ведь, собственно, сводится вся эта активность в ЖЖ и в сети? Пишет, допустим, некий Вася что-то типа "Бей кавказцев!". А ты - злишься и пишешь - "Бей Васю!". 300 комментов ему, 300 комментов тебе. "Усе". Вот такой вот "интеллектуализм".

В принципе, дискуссию с "Бей кавказцев" можно переключить на что-то неполитическое, и тогда общий фон будет немножко лучше, но главное остается неизменным: ужасающее упрощение высказывания.

Чтобы в ЖЖ и в сети шла какая-то жизнь, нужно сказать что-то чудовищно простое. Высказать какое-то крайне упрощенное и жесткое, гиперболизированное соображение - и тогда одни будут в восторге, другие в негодовании, третьи спорят и т.д. и т.п. "Жизнь пошла".

А когда пишешь что-то сложное - понимания и реакции ноль. "Ниасилил".

И это не только с ЖЖ, со статьями то же самое. Когда я пишу какие-то очень, очень частные суждения по очень конкретному поводу, весьма, в общем-то, упрощенные и прикладные - это вызывает общий интерес. Когда говоришь что-то важное - никто не то что не понимает, а даже дочитать до конца людям уже "тяжело".

То есть происходит мощнейшая дебилизация чтения и письма. Народ, даже довольно образованный, перестал усваивать длинные, сложные тексты, в которых есть сколько-нибудь сложное суждение.

Соответственно, и журналистика такая, которую я, собственно, и люблю, перестает существовать.

Я еще застал краешек времени, когда можно было забабахать статью на полосу в "Литературке", "Независимой" или "толстом" журнале - и это читалось, обсуждалось и т.п.

А сейчас - ну кому это вообще нужно?

Критика, публицистика, эссеистика - все это практически не существует как реальный, активный процесс с чтением, большой аудиторией и резонансом. Остались только какие-то ВЫКРИКИ, именно выкрики - "Долой!", "Ура!", "Бей!", "Доколе!", "Спасите!", которые воспринимаются. Все остальное - архаизм.

И ужасно я от этого тоскую.

Мне бы так хотелось попасть сейчас куда-то в 1989-1990-1991 годы, когда даже вполне ничтожнейшие люди (ну кто теперь помнит всех этих Нуйкиных, Черниченко, Боссарт и Шмелевых) могли "зажигать" в умерших теперь жанрах и форматах.

Написал бы я, допустим, эссе в журнал "Огонек" про Николая Ивановича Бухарина.

И - "вся мыслящая Россия" бы читала.

А теперь что?

Эх.