Вот когда мне было лет шестнадцать, мне искренне нравилась вся эта философия про "жизнь как текст", про "текстуальность" всего и тому подобное.
А теперь я ее ненавижу. Теперь я понимаю: от этой философии пахнет могилой.
Какой бы привести пример побольнее для самого себя, чтобы навести максимальную резкость?
Вот, например, женщина, которую я сильнее всего в жизни полюбил, и которую потерял. Она может, если захочет, зайти ко мне в ЖЖ и прочесть здесь что-то. И потому для нее я - это мой текст, и более ничто. Только буквы. В то время, как я мог бы быть живым, настоящим, счастливым.
Но ничего этого нет, меня нет, и счастья моего нет, а есть только текст. Вот она, эта гнусная правда.
И так устроена вся моя жизнь.
Все ведь кончается, кончается стремительно и безнадежно, и в конце концов ты все равно остаешься совсем один, ночью, за компьютером, в душной комнате, которой не помогают даже открытые окна. И ты сидишь и пишешь, пишешь, потому что не можешь и не умеешь того, что умеют те, другие, счастливые, ты умеешь только писать - и одни твои буквы могут связать тебя с тем, что по-настоящему важно, а сам ты, без них - тряпка, сор. Такой же хлам, как и все остальное в комнате.
Вспоминается пламя, лижущее стены гостиницы, невыносимая жара, от которой буквально плавится сосед-маньяк, голова в коробке на столе, пишущая машинка и оживающая картинка на стене - девушка, сидящая на берегу океана, прикрывающая ладонью глаза от солнца. Помните?
"Пиши, Бартон".
