1. Канны.

Бодро и решительно скандирую: Джар-муш! Джар-Муш! Джар-муш!

Заведомо понятно, что он снял гениальный фильм. Этот человек не может снять негениальное кино, таково мое глубочайшее убеждение.

Мерзкий Ханеке, архиомерзительный фон Триер, пошлейший Родригес, очевидно хороший, но все-таки "вчерашний" Вендерс - и такой вот очевидный гений в качестве альтернативы.

Надеюсь, что Кустурица, фильмы которого я не люблю, все-таки проявит понимание ситуации.

2. Царство Небесное.

Очень слабое кино, и вправду испохабился Ридли Скотт, правы рецензенты.

Ненужный Орландо Блум, Ева Грин, тема которой не раскрыта, многочисленные сюжетные и психологические неувязки.. словом, плохо.

Однако.

В фильме этой есть одна линия, которая стоит всего остального хлама, и во имя которой имеет смысл идти и все же смотреть. Восхитительная линия.

Это, конечно же, прокаженный король Иерусалимский Балдуин Четвертый.

Эта завораживающая маска, шатучая походка умирающего, да и вообще: образ прокаженного короля - настолько пронзительная и точная метафора либерализма в лучшем смысле этого слова, что большего от фильма уже как-то и не надо.

Главная сцена - конечно же, в замке магистра тамплиеров, когда умирающий либеральный король, из последних сил заключивший мир с арабами, заставляет милитаристскую мразь-крестоносца целовать гниющую руку, а потом хлещет его кнутом.

Пафос этого эпизода меня привел ну в совершенный восторг - эмоциональный, эстетический, идеологический.
Эта сцена - это НАШЕ ВСЕ, что называется.

И этого вполне достаточно для плохого блокбастера.

3. Ужас Амитивилля.

Выражаясь в стиле нелюбимых мною афишных критиков Данилкина и Волобуева, хочется похаживать вокруг авторов этого фильма этаким монстром-физкультурником со свистком на груди, и покрикивать -

НЕ УМЕЕШЬ НЕ БЕРИСЬ НЕ УМЕЕШЬ НЕ БЕРИСЬ!

Вот правда же совсем ужасное кино - и это при моей особой любви к жанру хоррора, к американским семидесятым, к типично "амитивилльскому" пуританскому пейзажу Восточного побережья.

Главный провал - кульминация и концовка. Очевидно, что в финале, в море крови и жертв, истекающая кровью барышня, уже потерявшая кого-то из детей, должна все-таки зарубить бойфренда, после чего семья поедет в больницу, а он - в морг. После чего в дом въедут новые счастливцы...

Вместо этого нам предлагается слащаво-бескровный хэппи-энд, где все живы и счастливы.

Помните, что говорил Константин Сергеевич?

Есть же все-таки суровые законы жанра, и не младоголливуду их нарушать.

Ну а кроме этого есть еще масса мелочей. Образ ирландского католического священника, всерьез не отыгранный (если кто помнит отца Каллагэна из Salem's Lot, понимает о чем я), полное отсутствие волшебных семидесятых, которые фигурируют в сюжете формально, но никак не образно.

Наконец, я бы вообще сочинил этому фильму иных героев, с которыми все заиграло бы дивно-прелестно. Не малопонятных в 1975 году молодых людей, читающих с детьми молитвы, а этаких развеселых пост-хиппи с марихуаной и всем прочим, которые от безденежья перебрались с субурбию, и постепенно, незаметно для себя психологически проваливаются из жизнерадостной реальности своих промитьковавшихся шестидесятых - в строгий мир Лавкрафта, садистических протестантских пасторов и подглядывающих параноиков-соседей.

Бывшие пацифисты, сходящие с ума и берущиеся за топоры - вот это был бы образ.

А так - скучно и невыразительно, увы.