Малберри. Пусть туристическая, но - невозможно красивая. Итальянцы. Дальше по Ист-Сайду - китайцы. Мы с тобой чуть не заблудились там, помнишь? Эти пустые ночные кварталы около Уолл-Стрита, гулкие. Набережные. Бесчисленные почти римские статуи бесчисленных же благотворителей. Гранд Сентрал. Вашингтон-Сквер, от которого почти во все стороны - болезненно-нужный мне Гринвич. Вест-Вилледж, мой самый любимый, там, где я жил бы, будь у меня миллионов 10. А Бэттери Парк, где мне было так жарко и сонно? А эти странные кварталы около ООН? "Knitting Factory", где горевал я о смерти Джонни Кэша. Бесконечные переходы по Бродвею, этот блошиный рынок в районе двадцатых улиц. Гарлем. Бульвар Малькольма Икса. Длинные, монотонные, счастливые парки. Выход из Сентрал-Парк. Columbus Circle. Чопорность Аппер Вест-Сайда - мамы с колясками, прислуга, адвокаты. Факелы, горящие у "Дакоты", швейцар, видна зелень парка. Ночные пьяные возвращения наверх с огоньками домов на сотых улицах. FDR Drive. Пробки и неистово гудящие автомобили (и десятки, сотни таксистов) днем в Мидтауне, на сороковых улицах, когда Ольшанский перебегает дорогу с томиком Ленина в кармане желтого пиджака.

Люблю. Люблю. Люблю.