Русский политический либерализм потерял свой "человеческий аргумент" со смертью Шингарева и Кокошкина.
Русский церковный либерализм - со смертью Владыки Антония.

Митрополит Антоний был едва ли не святым, но повторять за ним его идеи, не обладая его нравственными качествами - верный путь к полному ничтожеству. В этом - отличие либерализма от консерватизма в Церкви. Церковный консерватизм может улучшить даже плохого человека - просто за счет благодатности догмата и обряда. Церковный либерализм же может держаться только за счет личных добродетелей человека, но как традиция он невозможен. Умирает Победоносцев - приходит Фудель или Новоселов, но умирает Толстой - и набегают толстовцы.

Кажется, так.