Вчера ночью мне стало как-то совсем страшно и плохо. Страх невозможный. Арзамасский ужас.
Не могу больше писать о том, о чем писал, не могу думать о том, о чем думал.

Теперь надо как-то медленно приходить в себя.

Никакой покамест политики, никаких покамест нервов. Больше всего на свете я хочу сейчас в Италию. В Италию, в Италию и еще раз в Италию. Как можно скорей.

Все прочее на свете мне сейчас тяжело и страшно.