Тут некоторые любят язвить на мой счет в том примерно духе, в каком Гиппиус издевалась над Струве - "Взгляды Петра Бернгардовича меняются настолько быстро, что полемизировать с ним совершенно невозможно".
Однако на самом деле все происходящее со мной крайне логично, четко и предсказуемо.

Если подвергать меня беспристрастному анализу - то у меня, конечно, вполне романтическое и утопическое сознание, что само по себе неплохо, как я считаю, а в каких-то профессиях и "моментах" даже и замечательно.
Изначально, в свое время, оно было этаким ... леволиберальным. Все свои ярко выраженные юношеские годы я был типичным представителем электората "Яблока" - с четкой ненавистью к чубайсам, разумеется.

Затем у меня произошел сильнейший жизненный слом. Однако привел он попросту к тому, что я, довольно быстро, в течение года, пройдя все промежуточные экзистенциальные стадии (у меня был про это пост, с Алисой и Королевой), пришел к состоянию сознания прямо противоположного, но не менее романтического характера - чему и рад вполне. Константин Леонтьев полностью перевернул мои представления о реальности.

Леонтьев для меня стал тем, чем для поколений русских студентов были Спенсер, Фейербах, Бокль, Маркс...
Он предложил мне некую новую для меня картину мира, которую нужно было применить к тому, что происходит здесь и сейчас - и, несмотря на ее общую диковатость, я уверен в ее правоте.

В этом смысле моя "ожившая метафора" про Черную Сотню и мои нынешние разговоры про Ленина совершенно логичны и совместимы - ибо Леонтьев, я полагаю, одобрил бы и то, и другое. Да и Саддама Хусейна, впридачу.
Никто не может понять - в основе всего, что я сейчас пишу и говорю, лежит одна очень простая леонтьевская формула - бесконечный, мучительный поиск Цветущей Сложности, в процессе которого ни в коем случае не нужно стесняться взаимоисключающих факторов.
Леонтьева ведь тоже насмешливо называли "турецкий игумен" - недолюбливавшие его консерваторы.
Вообще русская философия настоящая, консервативная - она же вся строится на абсолютно взаимоисключающих вещах, тем и гениальна, что синтетична. В ней и свирепейшее охранительное начало, и изрядная доля анархии, и какой-то свой, совсем не западный, "личный" либерализм, и, конечно же, социалистический взгляд на экономику. Как же иначе?

В этом смысле в ЖЖ есть, по-моему два человека, которые это дело хорошо понимают - это Вербицкий, конечно, и Голиков. Пирогов, наверное, тоже понимает.
Жаль, что мало кто, пока что.