holmogor.livejournal.com/4128877.html

Холмогорову

 Я не сомневаюсь в Вашей грусти, но констатируете Вы не точно. Сначала - Бог знает почему - назначили Смирнову знаком русофобии. Потом вот так расшифровали эту загадку: "Именно поэтому постмодернистская русофобия интеллигенции, спрятавшаяся за Гоголя, Кюстина и Герцена, в сто раз гаже любой сказанной в простоте мгновенной эмоции".

Сам ряд из Гоголя, Кюстина и Герцена, на мой взгляд, престранный, не знаю, кто сегодня за ним прячется, лет сто пятьдесят назад, не спорю, можно было обнаружить тьму достойнейшего народа, но та волна навеки схлынула, до дна обмелела. При этом понятно, какой мировоззренческий, психологический тип Вы имеете в виду - условного Диму Губина, беспрерывно плюющегося в рашку-говняшку. Этот обобщенный Губин может быть менее невежественным, чем так называющийся господин, менее хамским и даже менее простодушным, хотя в чтение им Кюстина и Герцена я все равно не верю. Но если выкинуть Кюстина, можно получить хорошо известную всем общность. И где здесь Смирнова? Люди эти Смирнову не любят гораздо более активно, чем даже Вас, Егор, - не буду вдаваться в подробности, поверьте на слово. И меня не любят, и ТТ. Чего нам их обсуждать? - давайте вернемся к Вашему ряду.

Как там у Вас сказано? Спрятавшись за Гоголем, Кюстином и Герценом? Это ведь Вы про Версилова написали, это он за ними прятался, Егор. Версилов - не русский? Вы отказываете в русскости любимому герою Федор Михалыча? Желание русского человека выйти из русскости вон, банальнейшее, почтеннейшее, описывалось Достоевским как самая что ни на есть национальная наша черта. Вы станете с этим спорить? А если нет, тогда с чем Вы спорите? С димойгубиным?

Есть темный дремучий планктон, в большинстве своем интересующийся только зарплатой. И есть родственная ему полуинтеллигенция, уже старенькая и седенькая, впавшая в рамолисмент, три-четыре музейных экспоната. И те, и другие числом не вышли. Но никто, кроме них, не отрицает, что Пушкин был патриотом и государственником. Никто, кроме них, не утверждает, что русская земля порождает одно крепостное право. Никто, кроме них, не сомневается, что и Сергием Радонежским и Нилом Сорским, и Серафимом Саровским, и полководцами, и живописцами, и поэтами можно и должно гордиться.

Но из этого не следует, что крепостного права не было вовсе.

Прекраснейшая пушкинская Татьяна и в самом деле - главный русский идеал. Но из этого не следует, что Ольга или Ленский, или Евгений Онегин - другого племени. Они - такие же русские. И Чацкий - русский, и Ноздрев, и Собакевич, и Плюшкин. И Чехов - очень русский писатель, и (о, ужас!) Салтыков-Щедрин. И Герцен, конечно же, и великий Гоголь, приплетенный Вами до кучи. И даже патер Печерин. Не только Иоанн Кронштадтский, но и Лесков, над ним насмехающийся. И Маркевич со Стасюлевичем, каждый по отдельности и, особенно, как пара. Я Вам больше того скажу. Французский пидор маркиз де Кюстин тоже русский, потому что навсегда - факт русской культуры, все в себя вбирающей, на все откликающейся. Она потому одна из самых великих в мире, что цветуще сложна и захватывающе многообразна, и решительно не сводится к сусальному васнецовско-нестеровскому модерну, в который Вы ее все время норовите втиснуть. Она - тридцать три богатыря, в чешуе златой горя, все красавцы молодые, великаны удалые, все равны, как на подбор. А Вы, выбрав из тридцати трех тринадцать богатырей, остальных забраковали: нерусь, вырусь. Как такое называется, Егор? Правильно: русофобия.

(прислано автором мне, поскольку дискуссия у Х. "проехала")