Откровенно говоря, я не люблю так называемых "простых людей".

Я отношусь к ним со смесью закомплексованного смущения, злобы и желания, чтобы они куда-нибудь делись. Совершенно как в рассказе Щедрина "Дикий помещик", где герой желает, чтобы мужики "улетели поскорей отсюда".

При этом я, конечно, часто вожделею "простой народ" в его женской половине.

И от этого злюсь еще больше.

Дело в том, что мужчины "из народа" мне вообще не нужны. Я могу прожить всю жизнь - и вообще с ними не соприкасаться. Разве что когда вызываю электрика или сантехника.
 
А вот женщины "из народа"...

Увы, я не принадлежу к числу тех счастливых мужчин-интеллигентов, кто может сообщаться только с себе подобными. Во мне заложена какая-то неведомая мне мерзость, которая заставляет меня активно интересоваться простыми бабами. 

И это, конечно, кошмар. 

Ровно то же самое - и в смысле политики. 

Именно поэтому у меня такие враждебные отношения с либеральной публикой. Либеральная публика винит во всем "власть" - и всегда будет "против власти", что бы ни было.

Я же исхожу из того, что "народ" заведомо хуже и опаснее любой власти, даже сталинской - и поэтому никогда не найду общего языка с либералами.

Мне мила и близка известная мораль Гершензона, про "благословим ту власть, которая одна своими штыками защищает нас от гнева народного". 

Это - буквально мой символ веры, если говорить о политике. 

Поэтому я всегда буду за Путина, за Медведева, за кровавых чекистов, за кого угодно, лишь бы не было демократии. 

Лишь бы, пожалуйста-пожалуйста, не было демократии.

Но блондинки мне все-таки тоже нужны.