В один из вечеров мне позвонил цыган Прокоп.
― Ваша жена у меня,― сказал он.
― Да,― сказал я,― неужели?
― Она любит меня, мы очень друг друга любим, и она хочет жить со мной…― Он замолчал. Он был, как потом объяснила Наташа, дикий человек, прямо из шатра. Он, наверное, предполагал, что я стану плакать, закричу, упаду и умру.
― Сейчас проверим,― сказал я.― Дайте мне Наташу.― Послышались звуки возни, может, борьбы.
― Я сейчас приеду,― сказала Наташа сердито.
― Только, пожалуйста, без цыган,― сказал я. И стал пить Cote du Rhone, что и делал до того, как позвонили эти двое бесноватых. Одновременно я смотрел музыкальные клипы. Тогда была модна Рита Мицуко и только поднималась Патрисия Каас. Обе девочки мне нравились.
Она приехала часа через два, сердитая. Села, не раздеваясь, в пальто с большими плечами, на наш металлический «шоффаж» (железный электро-обогреватель с кирпичами внутри) и сказала:
― Ну, что скажешь?
Я выпил вина и пожал плечами:
― Он же сказал, что ты будешь жить с ним в таборе. Собирай вещи в табор.
― Дай вина!― сказала она. Я налил ей вина. Бывают моменты, когда неуместно читать лекции об опасности алкоголизма.
― Я не знаю, как я в это вляпалась,― призналась она, выпив.― Ты уехал, вот я и сорвалась.
― Ты что коза или корова, что тебя надо пасти и привязывать?
― Да, и коза, и корова,― сказала она.― И хуже. Не надо было оставлять меня одну.
community.livejournal.com/ed_limonov/337