Но все подробности жизни Чехова в 1930-х - это мелочи по сравнению с тем, что было бы, если б Софья Андреевна бережнее относилась ко Льву Николаевичу, и не воспроизвела бы ситуацию "враги человеку - домашние его".
То есть - если бы Толстой, с его здоровым образом жизни, умер бы не в 82, а под 100, в середине 1920-х.
Я совершенно уверен, что он поддержал бы большевиков.
Толстой встречался бы с Лениным в Кремле, стал бы одним из главных живых символов Советской власти.
Нет, разумеется, он протестовал бы против жестокостей. По его просьбам большевики освобождали бы заключенных, он агитировал бы Ильича за полную отмену смертной казни навсегда, на что получал бы хитрое: "вот уже совсем-совсем скоро, Лев Николаевич, это я вам лично обещаю..."
Но - думаю, что Толстой протестовал бы против жестокости Гражданской войны как таковой, в принципе.
И - Ленин казался бы ему в тысячу раз более перспективным с точки зрения дальнейшего умиротворения, нежели Колчак, Деникин и Ко, типажи которых он хорошо знал всю жизнь.
Все это - и про Толстого, и про Чехова - вовсе не случайность, и не издевательство с моей стороны.
Что такое вообще была Советская власть?
Советская власть - это великая русская литература, которая пришла к власти, стала руководить государственным аппаратом принуждения и сатанински переродилась на этой почве.
По сути, был поставлен эксперимент.
Что будет, если все ценности и "идеалы" великой русской литературы последовательно материализовать, но только не добровольно, а принудительно? А вот и будет СССР.
СССР родился от русской литературы, пусть это и оказался ребенок в стиле героев Стивена Кинга.
И потому классики, особенно на первых порах, или ненадолго, или в старости, или от желания увидеть то, что хочется увидеть, - просто обязаны были полюбить живое государственное следствие своих текстов, пусть и такое, франкенштейнообразное.
Подумайте, почему Солженицын, ТАК воевавший с КГБ СССР, принял и признал, пусть и с оговорками, путинскую Россию 2000-х?
Вы увидите то же самое.