Арам Габрелянов — армянин, родившийся в Дагестане. Думаю, что именно из-за этого наша редакция так многонациональна. Ни в одном издательском домике я не встречал такого количества армян, азербайджанцев, татар, абхазов и прочих ингушей на один квадратный метр. И скорее всего именно из-за своего происхождения Арам Ашотович может себе позволить шутки, за которые русскому уже давно либо дали в табло, либо просто перестали с ним разговаривать, насмерть на него обидевшись. На Габрелянова никто не обижается, потому что у него это получается смешно и необидно, несмотря на громкий голос, грубый тон и постоянный мат, от которого я млею.
voevoda.livejournal.com/332313.html#cuti
* * *
Однако главная беда — ЕГЭ. По словам первокурсников, последние три года в школе они не читали книг и не писали диктантов с сочинениями — все время лишь тренировались вставлять пропущенные буквы и ставить галочки. В итоге они не умеют не только писать, но и читать: просьба прочесть коротенький отрывок из книги ставит их в тупик. Плюс колоссальные лакуны в основополагающих знаниях. Например, полное отсутствие представлений об историческом процессе: говорят, что университет был основан в прошлом, ХХ веке, но при императрице Екатерине.
ЕГЭ уничтожил наше образование на корню. Это бессовестный обман в национальном масштабе. Суровый, бесчеловечный эксперимент, который провели над нормальными здоровыми детьми, и мы расплатимся за него полной мерой. Ведь люди, которые не могут ни писать, ни говорить, идут на все специальности: медиков, физиков-ядерщиков. И это еще не самое страшное. Дети не понимают смысла написанного друг другом. А это значит, что мы идем к потере адекватной коммуникации, без которой не может существовать общество. Мы столкнулись с чем-то страшным. И это не край бездны: мы уже на дне. Ребята, кстати, и сами понимают, что дело плохо, хотят учиться, готовы бегать по дополнительным занятиям. С некоторыми, например, мы писали диктант в виде любовной записки. Девчонки сделали по 15 ошибок и расплакались.
www.mk.ru/education/publications/378686.h
* * *
— Вы являетесь почетным консулом Коста-Рики?
— Чего-о-о?!
— Коста-Рики. Страна такая в Центральной Америке. Согласно "Известиям" и костариканской прессе, вы вместе со своим другом Михайловым были почетным консулом этой республики в России.
— Нет, я не являюсь почетным консулом Коста-Рики.
— И никогда не пытались им стать?
— Мне предлагали.
— А кто вам предлагал?
— Мне предлагал бывший посол Коста-Рики в России.
— Это тот, которого задержали в Варшаве с девятью килограммами героина в багаже?
— Нет. Это было года два назад. Его фамилия Роблес. Только не путай. Потому что нынешнего посла тоже зовут Роблес. Роблес-предыдущий предлагал мне быть почетным консулом в Санкт-Петербурге... Но мне посоветовали не делать этого, с учетом суда за шпионаж. Потому что один очень известный еврейский бизнесмен, который работал со мной, когда... Ну его имя ничего не говорит тебе... Сейчас он живет в Коста-Рике... Он рекомендовал меня своему послу. Поэтому посол меня нашел и предложил. После того как я получил определенный совет, мы переговорили с ним за обедом и все.
kommersant.ru/doc.aspx