Где воздух "розоват от черепицы" где львы крылаты, между тем как птицы предпочитают по брусчатке пьяццы, как немцы иль японцы выступать, где кошки могут плавать, стены плакать, где солнце, золота с утра наляпать успев и окунув в лагуну локоть луча, решает, что пора купать, — ты там застрял, остался, растворился, перед кофейней в кресле развалился и затянулся, замер, раздвоился, уплыл колечком дыма, и — вообще поди поймай, когда ты там повсюду — то звонко тронешь чайную посуду церквей, то ветром пробежишь по саду, невозвращенец, человек в плаще, зека в побеге, выход в Зазеркалье нашел — пускай хватаются за колья, — исчез на перекрестке параллелей, не оставляя на воде следа, там обернулся ты буксиром утлым, туч перламутром над каналом мутным, кофейным запахом воскресным утром, где воскресенье завтра и всегда.